Литературно-художественный и публицистический журнал

 
 

Проталина\1-4\16
О журнале
Редакция
Контакты
Подписка
Авторы
Новости
Наши встречи
Наши награды
Наша анкета
Проталина\1-4\15
Проталина\3-4\14
Проталина\1-2\14
Проталина\1-2\13
Проталина\3-4\12
Проталина\1-2\12
Проталина\3-4\11
Проталина\1-2\11
Проталина\3-4\10
Проталина\2\10
Проталина\1\10
Проталина\4\09
Проталина\2-3\09
Проталина\1\09
Проталина\3\08
Проталина\2\08
Проталина\1\08

 

 

 

________________________

 

 

________________________

Борис Галязимов

 

 

Сюжет для голливуда

 

«Красные тени» — так должна была называться книга Бориса Галязимова, куда он включал историко-документальные рассказы и очерки, связанные во многом с Уралом, Сибирью и историей нашего Отечества. В память об этом талантливом писателе и краеведе, умевшем находить уникальные факты и удивительные судьбы, мы продолжаем публиковать очерки из несостоявшейся книги. Борис Галязимов родился 3 января 1940 года, ушел из жизни 27 марта 2009 года.

 

В наступающем 2017 году будет отмечаться дата — 100-летие со дня рождения летчика Михаила Девятаева. Его судьбе и посвящены страницы публикуемого очерка Бориса Галязимова.

 

Подвиг первый

 

Этот крошечный островок затерялся в Балтийском море. Стоит на том островке необычный обелиск. На одной из его граней высечено десять фамилий — адыгейца, украинца, белоруса, русского…

Когда-то чуть ли не каждый год сюда приезжал далеко не молодой человек. Его, Героя Советского Союза, бывшего летчика Михаила Девятаева, здесь знали все. Еще бы не знать! Человек совершил беспримерный в истории войны подвиг. В свое время о нем в ГДР вышли сразу две книжки. Одна из них называлась «Остров без маяка», другая — «Остров в огне». На родине Девятаева о нем тоже писали. Писал о нем и я, когда он много лет назад по воле случая оказался в Тюмени. И где-то в те же дни появились сразу две книги — «Родина зовет» и «На крыльях жизни». О нем был снят захватывающий дыхание документальный фильм. Но весь поток славы на голову человека обрушился лишь спустя тридцать лет после возвращения на родную землю. Родина не всегда вела себя по-матерински по отношению к своим сыновьям-героям…

…Июль 1944 года для летчика Михаила Девятаева закончился трагично. В одном из воздушных боев в его самолет угодил вражеский снаряд. Сам пилот, получив несколько тяжелых ранений, оказался в плену.

В лагере под Берлином Девятаев с группой военнопленных вынашивает план побега. Тридцать девять ночей узники роют подкоп под колючую проволоку. Роют руками, мисками, ложками. И в тот момент, когда до заветной цели остаются считанные метры, фашисты узнают о замысле заключенных. Троих бывших летчиков, в том числе и Девятаева, бросают в берлинскую тюрьму. Михаил лишь каким-то чудом спасается от расстрела.

В конце 1944 года пилот был отправлен на «остров смерти» Узедом. Только заключенные острова, да и то не все, знали, что фашисты построили на этом крошечном клочке земли подземный ракетный завод. Здесь находилось одиннадцать стартовых площадок для запуска ракет «Фау-1» и «Фау-2». Страшное по тем временам оружие. Гитлеровцы рассчитывали применить его в самый последний момент.

Первые дни своего пребывания на Узедоме Михаил Девятаев использует для того, чтобы разузнать расположение ракетных установок, устройство платформ для их перевозки, как и каким топливом фашисты постоянно заполняют специальные емкости. Он верил, что когда-нибудь вырвется на желанную свободу и расскажет своим об «оружии возмездия». Считается, что Девятаев был едва ли не единственным из оставшихся в живых свидетелем запуска вражеских ракет. Все остальные очевидцы полегли под пулями.

Подготовка к побегу длилась не день и не два. Михаил и его девять новых друзей решили захватить бомбардировщик и на нем покинуть «остров смерти». Сложность заключалась в одном — Девятаев не знал устройства «хейнкеля». Но однажды Михаилу с помощью все тех же друзей удалось оказаться в группе заключенных, работавших в районе расположения ангаров.

Там, за ними, находилась свалка всевозможных частей и деталей фашистских бомбардировщиков. И Девятаев пытается прочесть надписи на приборах, подсмотреть, к каким узлам тянутся те или иные тяги. А однажды Михаилу довелось увидеть, как фашистский пилот прогревал самолет. Тот даже красноречиво подмигнул пленному. Дескать, тебе, геноссе, уже не взлететь! Мог ли знать пилот люфтваффе, что перед ним — воздушный ас!

И вот в начале февраля 1945 года, когда десятерых советских пленных погнали на работу, они, заманив часового в небольшое помещение-капонир, покончили с ним. И тут же переодели одного из своих товарищей в форму охранника. Все остальное произошло по заранее разработанному плану. Стараясь не привлекать внимания часовых, охранявших другие группы заключенных, заговорщики осторожно двинулись в сторону бомбардировщика.

Оказавшись у самолета, Девятаев заметил, то все входы в него перекрыты. Пришлось взломать замки.

Наконец двигатели взревели. Бомбардировщик, стронувшись, устремился по бетонной дорожке. С великим трудом, на виду у многочисленной охраны, в стане скопления вражеских зениток машина оторвалась от земли. Обезумевшие от счастья узники запели «Интернационал».

Два с половиной часа длился этот беспримерный полет. Без штурманских карт, под обстрелом зенитных орудий узники Узедома все-таки достигли родной земли. Но на аэродроме их встретили окриком: «Хэндэ хох!» Кто бы мог поверить, что в самолете, увенчанном свастикой, находятся свои — не чужие. И в рассказ Девятаева, что на Узедоме фашисты проводят испытания сверхсекретного орудия, кажется, никто тогда не поверил. А дорога пилота вскоре пролегла уже в наши, до боли родные лагеря. Сталинское клеймо «изменника» жгло человеку душу двенадцать лет. Но и вернувшись в отчие края, Девятаев оказался не у дел. Жил за счет случайных заработков. Одним словом: круглое катай, плоское таскай.

— Эти годы для меня были пострашнее концлагеря, — рассказывал он мне позднее, — не поверите, когда вышел указ о награждении меня Золотой Звездой, я от нервного потрясения весь покрылся язвой, как рыба чешуей. Было поражено восемьдесят процентов тела. Выпадали волосы. Вот такая история.

 

Подвиг второй

 

Владимир Шарпатов о Михаиле Девятаеве узнал еще в юности. Мало того, он и в авиацию подался, однажды прочитав книгу об удивительной судьбе этого человека. Но вот уж что бы никогда не пришло ему в голову, так это то, что он однажды повторит девятаевский подвиг. Однако все случилось именно так…

В начале августа 1995 года воздушный грузовик Ил-76, за штурвалом которого находился Владимир Шарпатов, плыл над Кандагаром. Тогда в Тюмени работы не было, и опытного летчика пригласили в казанский «Аэростан». Надо было срочно перебросить груз из Тираны в Баграм.

Требование земли (сказанное по-русски) было одно: «Немедленно заходите на посадку! Это приказ!» «Причина?» «Для досмотра груза!» А снявшийся с аэродрома самолет-перехватчик уже дышал «Илу» в хвост. И второй истребитель выплывал из ангара.

На борту грузовика находились ящики, набитые патронами для автоматов. Это не противоречило каким-либо законам. Патроны в Баграм поставляли по договоренности с афганской стороной. Но в самолет еще в Тиране кто-то подсунул ящик с патронами для крупнокалиберного пулемета. Провокация — не провокация, но как раз этот-то ящик и вызвал шум-гам. Самолет вместе с экипажем был арестован.

Потянулись мучительные дни и ночи пребывания в талибском плену. Допросы (правда, без пристрастия), полное неведение, что предпринимают власти, чтобы вызволить узников из плена, а главное, ужасающие условия. Жара. Ни электричества, ни туалета. Муравьи, мухи, комары, скорпионы. Пища — наскоро отваренный рис с мышиным пометом. И все время — под зорким оком охраны. Вся эта история длилась год и четырнадцать дней. Но мысль о побеге не покидала семерых узников ни на минуту.

Якобы для того, чтобы самолет не застоялся, пилоты стали его навещать. Ясное дело, с охраной. Талибы в сохранности машины были заинтересованы. Их воздушный флот насчитывал несколько самолетов. И они хотели сами эксплуатировать «Ил». К самолету отпускали по три-четыре человека. Остальных членов экипажа держали как заложников.

К моменту побега узники Кандагара располагали не только веревками, но и картой, и компасом.

И вот случилось чудо. Однажды талибы отпустили к самолету всю семерку. Впервые они тогда чуточку «порулили по земле». Однако использовали это время и для того, чтобы посмотреть, в каком состоянии находится самолет-перехватчик (он был зачехлен), и выяснить, чем занимается охрана у зениток и пулеметов. Она большей частью дрыхла или, как шутили, «талибанила». Веселая, как говорится, жизнь.

И вот наступило 16 августа. Пятница. Мусульманский выходной. Еще не позавтракав, все семь членов экипажа направились к самолету. Стояла жара, колесо лопнуло, и его надо было заменить. Странно, но на сей раз за опальным экипажем увязался длинный хвост охраны. Среди сопровождающих был даже молодой летчик. Наши пилоты работали медленно. Дело в том, что талибы — люди пунктуальные. Ровно в двенадцать почти все они, в том числе и летчик, отбыли на молебен. На борту остались два автоматчика и безоружный переводчик. Было решено: «Взлетаем! Взлетим — хорошо, не взлетим — туда нам и дорога!»

Но в тот момент, когда Шарпатов «дал взлетный режим» и выскочил с рулежки на полосу, наперерез самолету бросились «Урал» и микроавтобус. Еще секунда-другая, и воздушному грузовику перекроют дорогу.

И все-таки самолет успел проскочить и у самого окончания полосы стал от нее отрываться. Позднее Шарпатов с восхищением говорил: «Очень хорошая машина Ил-76! Она и при 220 может взлететь. И вот мы уже в воздухе. По-о-о-летели! Талибы стоят за нашими спинами, ничего не понимают. Инженер им показывает рукой: «Сейчас только круг сделаем и сядем!» А сам убирает шасси, разгоняет скорость».

Один из охранников уже послал патрон в ствол. Даже в ярости ударил инженера прикладом. Пришлось храбрецов тут же обезоружить и крепко-накрепко связать. Веревки ждали этого часа в укромном месте.

Боясь, как бы их не настиг талибский летчик и как бы не угодить под огонь зениток, шли от каменистой земли на расстоянии пятидесяти метров. И шли не на север, где их уже выискивал истребитель: «Ильюшин», «Ильюшин», отзовись!» Шли на юг, прорываясь в сторону Эмиратов. Проморгал их и иранский диспетчер. Он наверняка подумал, что в воздухе — обычный рейсовый самолет.

В Абу-Даби долго не могли поверить, что семеро русских могли совершить побег. Обросшие, одетые во что попало, они сами походили на талибов. Однако арабы не скрывали своего восхищения храбростью русских. Посмотреть на них прибыл даже младший сын шейха.

 

Встреча

 

И вот они встретились, бывший летчик Михаил Девятаев и летчик, идущий вслед подвигу, — Владимир Шарпатов. Откровенно говоря, каждый из них мечтал об этой встрече. И вот они сидят, два Героя, за праздничным столом на казанской квартире старого летчика. И каждому есть что сказать.

Шарпатов не скрывает гордости, что сыновья пошли по его стопам. Старший летает на Ан-24, младший — на Ту-154. А еще у него есть брат. Он командир корабля Ту-154, а племянник — командир Як-40… Сам же глава большого семейного экипажа за 35 лет облетал полмира: Албания, Германия, Сьерра-Леоне, Кувейт — всего 65 стран…

— Полетишь еще в Афган?

— Непременно! Но только на стратегическом бомбардировщике…

Не сидел без дела и Девятаев, ему тогда стукнуло восемьдесят. Человек-легенда возглавлял фонд своего имени по поддержке ветеранов и вдов участников минувшей войны.

— Недавно вновь побывал у семидесятилетнего штурмана, — замечает дед. — Он прикован к постели. В полете летчик потерял сознание, и этому штурману пришлось брать на себя управление. Спас человек и самолет, и пассажиров. А теперь вот лежит, и старенькая супруга повернуть его с одного бока на другой не может…

Одним словом, хлопот — полон рот…

 

 
   
 

Проталина\1-4\16 ] О журнале ] Редакция ] Контакты ] Подписка ] Авторы ] Новости ] Наши встречи ] Наши награды ] Наша анкета ] Проталина\1-4\15 ] Проталина\3-4\14 ] Проталина\1-2\14 ] Проталина\1-2\13 ] Проталина\3-4\12 ] Проталина\1-2\12 ] Проталина\3-4\11 ] Проталина\1-2\11 ] Проталина\3-4\10 ] Проталина\2\10 ] Проталина\1\10 ] Проталина\4\09 ] Проталина\2-3\09 ] Проталина\1\09 ] Проталина\3\08 ] Проталина\2\08 ] Проталина\1\08 ]

 

© Автономная некоммерческая организация "Редакция журнала "Проталина"   14.01.2017