Литературно-художественный и публицистический журнал

 
 

Проталина\1-4\16
О журнале
Редакция
Контакты
Подписка
Авторы
Новости
Наши встречи
Наши награды
Наша анкета
Проталина\1-4\15
Проталина\3-4\14
Проталина\1-2\14
Проталина\1-2\13
Проталина\3-4\12
Проталина\1-2\12
Проталина\3-4\11
Проталина\1-2\11
Проталина\3-4\10
Проталина\2\10
Проталина\1\10
Проталина\4\09
Проталина\2-3\09
Проталина\1\09
Проталина\3\08
Проталина\2\08
Проталина\1\08

 

 

 

________________________

 

 

________________________

Надя Панчина

 

 

Надя Панчина живет в Москве. Увлекается фотографией с юности. Она участница Международного фестиваля фото и видео «В рамках будущего» (2009), где получила диплом победителя, заняв первое место в номинации «Будущее в настоящем». Получила третье место в номинации «Гран-При» в конкурсе на лучшего фотографа года России «Photosight Russian Awards» (2010). На Международном фестивале «Месяц фотографии в Братиславе» (2011) ее портфолио вошло в десятку лучших.

Одну из фоторабот Надежды мы уже публиковали в предыдущем номере «Проталины». Сейчас представляем читателю ее рассказ о путешествиях в заповедные края нашего Севера и фотогалерею.

 

Здесь зазвучали руны Калевалы

 

Наш неизменный летний путь к биостанции «Картеш» пролегает через поселок Чупа, который раскинулся на берегу Чупинской губы Белого моря.

История этого поселка уходит далеко в старину. Поморское село Чупа впервые упоминается в 1574 году в письменах Соловецкого монастыря, тогда в нем насчитывалось восемь домов. Название села предположительно происходит от карельского «чуппу» (угол). Веком спустя Чупа стала центром слюдяного промысла. В ХVI—XVII веках по этим местам проходил торговый путь между Остерботнией — шведской областью в верховьях Ботнического залива — и русским Поморьем. Чупа, как и другие карельские поселения района, относится к числу «рунопевческих деревень», где зародился эпос «Калевала» — памятник мировой культуры. Сейчас Чупа — поселок городского типа, насчитывающий около четырех тысяч жителей.

Обычно мы приезжаем рано утром на станцию Чупа, и практически весь день в нашем распоряжении. За это время нужно купить продукты на неделю, мы обходим постепенно все магазины (это уже стало традицией), по пути я фотографирую, если случается что-то любопытное. В первую очередь меня интересуют люди, живущие здесь. Жизнь в поселке протекает несуетливо, люди добры и отзывчивы, заняты своими повседневными заботами, только вот сетуют, что Чупа постепенно умирает. Молодежь, не найдя подходящей работы, уезжает в другие места. Одна надежда на туризм. Летом, конечно, тут ягоды и грибы, туристы приезжают, всё как-то повеселее. Зимой люто, но народ — северный, привыкший, любит свой суровый красивый край. А красота — повсюду! Вот и снимаю эту жизнь, так не похожую на мою, я ведь родилась и выросла в большом городе. Чупа для меня уже не просто поселок, через который пролегает путь на биостанцию. Я люблю этот удивительный и далекий, но теперь такой близкий моей душе край и стараюсь эти чувства и наблюдения запечатлеть в своих фотографиях.

Потом мы ждем на причале корабль, который должен нас доставить вместе с рюкзаками и многочисленными сумками с едой к пункту назначения. Есть время походить по окрестностям уже налегке с фотоаппаратом, без всех этих тяжелых сумок и поснимать в свое удовольствие. И каждый раз вижу что-то новое: где-то дом одичал, а ведь только недавно он был жилой, а вот закрылась старая пельменная, эх! Там были такие вкусные пельмени! Но открылись новые магазины. Значит, жизнь продолжается. Детишкам построили новую детскую площадку. Только бы играли веселые свадьбы и рожали побольше румяной детворы!

Суровый край, суровые внешне люди, но именно в этом кроется та живая непосредственная красота, которая так близка моей душе и которую мне бы хотелось передать в своих работах.

В поселке на удивление много бездомных собак. То ли лайки, то ли волки, я таких называю «собаки чупинской породы». Раз зиму пережили, значит, все в порядке, добрые люди позаботились. А зимы тут суровы. Собаки неизменно приходят на причал и сидят, пока корабль не уйдет в море, а вместе с кораблем и мы. Собаки, встречающие и провожающие корабли.

Полтора часа пути по морю — и мы на месте, на биостанции. И начинается уже своя жизнь — картешанская. Люди толпятся на маленьком причале, встречая корабль с «большой земли» — кто же из новеньких приехал на сей раз?! Какие новости привезли?! Да и помочь разгрузить мешки с продуктами для кухни надо бы!

Биостанция на мысе Картеш — одна из самых старых на Белом море. Эта научно-исследовательская и учебная биологическая станция Зоологического института РАН (Санкт-Петербург) в тридцати километрах от Северного Полярного круга была основана в 1957 году для работы ученых с морскими животными. Она так и называется — «Картеш». Есть здесь и интересный музей — он в трех километрах от биостанции — рудник Булка. В этих местах в XVI веке добывали слюду для Соловецкого монастыря. Люди здесь живут и работают в основном в летний период, хотя весной и осенью тоже приезжают. Народ картешанский очень дружный.

Когда есть свободное время, то можно пойти в лес или не полениться, сходить за червяками для рыбной ловли в соседнюю бухту во время отлива. Рыба здешняя совсем другого вкуса, нежели из магазина! Она тает во рту. А можно просто сходить на берег и посмотреть, не приплыли ли тюлени или белухи. Они такие любопытные! Даже не знаю, кто кого больше изучает — они нас или мы их. Здесь замечательные озера, которые по утрам утопают в тумане, только надо очень рано встать. Иногда забредают лосихи с лосятами.

Каждое лето мы с мужем приезжаем сюда. Каждую зиму я думаю, когда же наступит лето, чтобы снова приехать в Картеш. Здесь моя душа отдыхает от городской суеты. Красота здесь во всем, даже в древних камнях, которым уже несколько миллиардов лет. Здесь особый микроклимат. Я люблю фотографировать картешанскую ни на что не похожую жизнь. Я не представляю Картеш без детей и собак. Повсюду слышен смех и лай. Одни дети взрослеют и все реже приезжают, другие растут, и каждый раз замечаешь, как они вымахали. Появляются новые, и хотелось бы, чтобы так было всю жизнь на Картеше, да и вообще на земле.

Я не люблю много говорить про свои фотографии, потому что хочу, чтобы фотография сама за себя говорила, чтобы в моих работах была история, пусть маленькая, но история. Это трудно, но иногда получается, как мне кажется. Я много путешествую, люблю смотреть на мир через объектив своего фотоаппарата. Я была уже во многих странах и везде нахожу что-то интересное для себя, для своих маленьких историй. Порой бывают и открытия. Люблю ездить в Киев, это мой второй дом, потому что мой муж родом оттуда, и я уже не представляю свою жизнь без этого города. Киев снимаю таким, каким я его чувствую. Москва — город моего детства, и этот город я тоже открываю для себя каждый день. Мне бы хотелось и на Дальний Восток, и на Урал или еще куда-нибудь, ведь в каждом месте есть что-то свое, неповторимое. Еще меня тянет в Грузию, там много знакомых хороших фотографов. Мир вокруг интересный, и я хочу еще больше узнать о нем.

Коротко о себе. Снимать я начала после школы, мне родители купили аппарат «Зенит - Е», и я стала бродить с ним по улицам Москвы. Мне настолько нравилась фотография, что я научилась сама делать фиксажи и проявители по прописям, взвешивая каждое вещество на весах, получая от этого процесса большое удовольствие. К тому времени у меня была в пользовании фотолаборатория в Институте биологии развития, где меня взял под свое крыло Дмитрий Антонович Сахаров, руководитель исследовательских работ. Человек он многогранный, пишет стихи под псевдонимом Дмитрий Сухарев, член Союза писателей. Вот в этой фотолаборатории, кроме снимков для науки, я еще печатала свои работы для души и сердца. Каждый рабочий день всегда для меня был настоящим праздником, поскольку я считала, что обязательно должно произойти какое-то чудо.

С Дмитрием Антоновичем я впервые поехала на Белое море лаборантом, и мне открылся этот удивительный край. Здесь судьба свела меня с человеком, который стал моим мужем, с Юрием. Юрий Валентинович Панчин заведует лабораторией в Институте проблем передачи информации РАН, занимается нейробиологией и молекулярной биологией в основном. Муж мой поддерживает мое увлечение, я часто с ним советуюсь. Хотя он к фотографии не имеет никакого отношения, но я доверяю его вкусу, мы вместе радуемся моим маленьким победам на фотоконкурсах.

Был перерыв в моем увлечении, позвали другие дела. И все-таки я вернулась к своему объективу. Теперь у меня даже не один фотоаппарат, есть и «плёночник», и «цифра» — оба мне нужны, потому что с каждым у меня совершенно разное настроение и другая работа мысли.

В данный момент я свободный фотограф, если так можно выразиться.

 

 
   
 

Проталина\1-4\16 ] О журнале ] Редакция ] Контакты ] Подписка ] Авторы ] Новости ] Наши встречи ] Наши награды ] Наша анкета ] Проталина\1-4\15 ] Проталина\3-4\14 ] Проталина\1-2\14 ] Проталина\1-2\13 ] Проталина\3-4\12 ] Проталина\1-2\12 ] Проталина\3-4\11 ] Проталина\1-2\11 ] Проталина\3-4\10 ] Проталина\2\10 ] Проталина\1\10 ] Проталина\4\09 ] Проталина\2-3\09 ] Проталина\1\09 ] Проталина\3\08 ] Проталина\2\08 ] Проталина\1\08 ]

 

© Автономная некоммерческая организация "Редакция журнала "Проталина"   27.01.2013